?

Log in

Ключ

На скрипучих скрижалях
Написала скрипичный ключ

~
Это всё стихотворение,
И понимайте как хотите,
Или не понимайте

~
Это было продолжением стихотворения
Или не стихотворения

~
И это было продолжением стихотворения
Или продолжением продолжения

Набоковка

И вот наконец-то то, о чем долго фантазировали большевики, случилось. Мои новые стихи в Топосе -- последние мелькнули там год назад. Ура, ура и ура.

Подборка называется "Набоковка", по вот этому стихотворению:

Набоковка

Набоковка кисла, набоковка желта,
И падает в траву, помятую не нами.
Начни попробуй с чистого листа,
Какими-нибудь новыми словами.

Торжественно над городом родным,
И небо чистое, картонное, глухое,
И сладкий сон, и горький дыма дым,
И пламя первое, полынное, сухое.

Публикация

Ну вот в общем, мой Сибирский рассказ 1998 года (один из первых) и коллекция "прямой речи", нынче собранная в Сибири (небольшой фрагмент этнографических заметок) в журнале Литерратура, http://literratura.org/issue_prose/1907-vasilina-orlova-toska-ob-umershem.html 

искушение святого Геннадия
выглядело привычно:
коробок отсыревших спичек
и надломленная сигарета.

был знаком с искушениями как с добрыми соседями
наш святой Геннадий,
и не зря украшен чинами, прочими ангелами и благородными сединами,
справился и с этим
и не заметил.

стихотворение про зуб

когда у человека выпадает молочный зуб,
человек этот становится вдруг необычайно взрослым.
необычайно взрослым и чрезвычайно серьезным
человек становится вдруг.

он переходит в новую фазу, постепенно, как луна,
и, подобно головастику
или ртути в горниле алхимика,
претерпевает большую
метаморфозу.

вот он -- держит зуб в тонких пальцах
и пристально рассматривает его,
вчерашнюю деталь его юного золотистого тела,
и, может быть, он впервые в жизни задумался
над тем, зачем всё, и почему мы все в конце концов
непременно умираем,
над жизнью и смертью задумался, другими словами,
а также над тем,
сколько в синий конверт под подушку
монеток
положит ему, треск крылышек заглушая эфемерным шарфиком,
зубная фея.

ответ на последний вопрос он получит завтра,
а ответа на первые два никогда не будет,
могла бы она ему сказать, но не скажет,
поскольку никакой зубной феи, конечно же, не существует.

Ольга Балла

Между тем, Olga Balla одарила меня бесценным подарком -- написала рецензию на книжку (бесценным, ибо, когда кидаешь камешки в колодец, никогда не ждешь услышать всплеск, не так ли?)

Воздух № 2 / 16 - 5:

Василина Орлова. Мифическая география. – М.: Воймега, 2016. – 88 с.

Что может быть мифичнее географии внутренних пространств – мест, прожитых на собственном опыте да так и ставших с тех пор даже не частью его, а самой его формой? – городов ли, улиц, площадей, московского ли метро, или и вовсе безымянных – на карте и не отыщешь – мест: тропинки, по которой случилось однажды пройти «в разбитых ботинках <…> вдоль стерни, что затянута дымом ли, дымкой», дома, где «ходики висели / в той комнате, и розовые обои / с витыми розами…» Да ни одному выдуманному не сравниться. Единожды пережитое, чем бы оно ни было, если вдруг отчего-то запомнилось, чем-то задело, - притягивает к себе и смыслы и предсмыслия и слепливает их в неповторимые, устойчивые конфигурации. Каждый случайно встретившийся человек, каждый предмет, каждый запах способен стать архетипом – образцом ещё не знаешь для чего, это он потом сам себе подберёт. Вот эту личную мифологию вместе с той гео- и топографией, к которой она привязана, и осваивает словом, и выговаривает осторожно для внешнего рассмотрения Василина Орлова.

А ведь она действительно мифическая, эта география. На берегу какой-нибудь особенно чутко пережитой реки всякое может случиться:

Сидела на углу реки, руки сложив,
Грифон
Положил умную голову на хозяйкино колено
И обслюнявил джинсы.
Задумчиво чесала его за ухом, задевая медные чешуйки ногтями,
Как струны лиры,
Потом встала
Да и оборотилась,
Глянула на меня ненароком.

С тех пор сама не своя, брожу шатаясь…

[2016]

Щепа

Щепа тщеты --
Тщета щепы,
Тащемта.

("Щепа, тщета" -- Инга Кузнецова; я правильно открыла, что эпиграфы нужно ставить в конце, дабы они did not steal the thunder).

Ламбруско

я пила несладкое ламбруско
и читала ветренных этрусков,
в пальцах эолических державших ветер: нитку деревянных кораблей,
над морем пены
впередисмотрящий
так и не крикнул земля, земля, мол,
а холм кротовый, залитый известкой,
вмерещился, под ноги прыгнул будто, и из-под ног ушел.

~
"Пила сладкое ламбруско", Ольга Брагина (вместо эпиграфа).

Антуан

Все -- зомби, сволочи и упыри,
Я -- Антуан де Сент-Экзюпери

И Антуанистей, де-Сент-Экзюперей
Не сыщешь на планете жалкой сей



(Первые две строки с незначительными изменениями украдены у прекрасного Виталия Пуханова; сиречь тут должен быть эпиграф)

Актер немого кино

актер немого кино
стоит в немом удивлении
немного